О НЕМ — ТОЛЬКО ХОРОШИЕ СЛОВА
О НЕМ — ТОЛЬКО ХОРОШИЕ СЛОВА

Ушел из жизни Заслуженный врач Российской Федерации
Виктор Николаевич Соловьев, наш Главный Врач.

Простой деревенский мальчик, он родился в деревне Кочуково Медынского района в 1955 году. Отец рано умер. Мать растила его и двух сестер одна, поэтому все в семье росли работящими, все с ранних лет знали любую деревенскую работу. Виктор отличался своей активностью во всем. Он соорудил голубятню, занимался красивыми птицами увлеченно, гордился ими. Любил сажать деревья: насажал плодовых и лесных деревьев возле дома, для красоты. Собирал ватагу деревенских ребятишек и с азартом играл в футбол. Как вспоминают близкие, он всё делал по максимуму. Если учиться, то только на пятерки, не пропустив ни одного урока. От деревни до школы в Кременске — семь километров. Во время весенней и осенней распутицы в течение недели ученики жили в интернате при школе. Домой – только на выходные. Обратно в школу – на автобусе. Дети со всей деревни собирались на остановке, и если вдруг автобус не приходил, с удовольствием возвращались домой. Но не таков Витя Соловьёв. Он шел в школу пешком, а сестрам не оставалось ничего другого, как следовать за ним. Кроме учебной программы он читал много книг, его интересы в области наук – биологии, физики, химии, литературы. Рассказывал друзьям интересные истории, вовлекал их в поиски научных изысканий. Однажды он заинтересовался научно-популярным очерком о тунгусском метеорите и вместо домашнего задания в течение часа держал внимание всего класса, излагая версии падения метеорита. Учителя ценили способности ученика, его тягу к знаниям. Виктор был непременным участником олимпиад и конкурсов. Практически все книги из школьной библиотеки прочитал, а некоторые — по нескольку раз. За эрудицию в школе его называли Лениным.
Однако не только книги занимали любознательного деревенского парнишку. Для матери он был первым помощником. Он умел всё, что составляло деревенский быт: и плотничные работы — починить, приладить, подогнать, и в поле, и в огороде, и с животными управиться. На покосе ему не было равных: косил споро, быстро, без устали.
Старшая сестра Галина после школы поступила в медицинское училище. Вот тут Виктор и заинтересовался её учебниками. Пришло понимание, что медицина должна быть его профессией. Он сам рассказывал, что был поражен, какие удивительные процессы происходят в организме человека, как всё гармонично и рационально устроено; и как хочется овладеть знаниями, понять, как вылечить человека, если что-то болит.
Окончив школу на отлично, Виктор Соловьев получил комсомольскую путевку на подготовительные курсы. Конечно, такой умный, начитанный, эрудированный абитуриент впечатлил приемную комиссию и был принят в медицинский институт. Во время учебы был активистом, занимался студенческими профсоюзами, каждые каникулы работал в студенческих стройотрядах, зарабатывая по тем временам приличные деньги, помогал матери, покупал себе одежду. В стройотрядах тогда были заметные личности, которые подавали пример всему студенчеству в воспитании патриотизма, коллективного творчества. Немаловажными оказались и знакомства, которые очень пригодились в дальнейшей жизни. Парень понимал, что единственный мужчина в семье обязан обеспечить её благополучие. А для этого надо иметь хорошую, любимую профессию. В студенческие годы Виктор был душой компании, его друзья были частыми гостями в родной деревне — ходили по грибы и ягоды, на рыбалку. Мама с сестрами готовили им простые деревенские угощения – борщи, вареную картошку. А какими вкусными были огурцы со своего огорода!
Будущую жену, Валентину Павловну, он заприметил еще в юности. Поверьте мне, это был редкий по своей преданности муж, отец, затем дед. А его жена — редкой по своему счастью любимой женщиной. Виктор Николаевич всегда бескомпромиссно отдавался своему долгу — будь это семья, профессия или должность. Когда сын был младенцем, доктор Соловьев после работы уезжал домой в деревню, а утром рассказывал коллегам свои впечатления о том, как растет малыш (он его ласково называл огурцом). Помогал купать, кормить, укачивать. Полоскал пеленки в проруби, однажды провалился под лед, чуть не утонул и с юмором описывал это событие. Позже, когда родилась дочка, семья уже жила в квартире в больничной пятиэтажке. Он не стеснялся полоскать пеленки у колонки – с водой на четвертом этаже тогда были большие проблемы. Когда беда заставила лечить любимую жену, он использовал любые возможности и средства, все свои связи, чтобы поддержать ее, чтобы вылечить, не дать упасть духом. Бог был милостив к Валентине и к нему — болезнь отступила.
С юмором у Виктора Николаевича были особые отношения. Всегда позитивно и оптимистично настроенный, он в разговор обязательно вставлял цитаты из Зощенко, Ильфа и Петрова, анекдоты или веселые истории. Это непременно располагало к нему собеседника, снимало напряжение, с которым нередко приходили к нему и сотрудники, и пациенты, и посетители. Помню, как мы обсуждали трудно решаемую проблему, искали способы, формы нудной, кропотливой работы. Он по обыкновению в заключение пожелал: «Пилите, Шура, пилите!» Никогда его шутки не были обидными или неоднозначными, они воодушевляли, их значение было в том, что человек с тобой на одной волне, что вместе делаем одно дело, и он в нем заинтересован.
Доктор Соловьев никогда не разговаривал с человеком небрежно, не давал понять высоту своего статуса. Равно общался и с имеющими власть, и с простыми сельчанами. Он не пропускал мимо ушей ничьи просьбы, старался помочь любому просящему — и нищему, и богатому, и сотруднику, и просто посетителю.
После окончания педиатрического факультета медицинского института в 1978 году Виктор Николаевич работал участковым педиатром в медынской поликлинике, а в 1980 году стал районным педиатром. В 1986-ом был назначен заместителем главного врача, а в 1989-ом возглавил больницу. В то время сложилась такая ситуация, что освободилась должность главного врача. Врачебный коллектив решил не ждать, когда областное руководство пришлет стороннего кандидата — предложили Виктору Николаевичу. Он поначалу отказывался. Ему нравилась лечебная работа, он недавно отучился в Казани по фтизиатрии — как оставить своих больных?! После долгих уговоров был найден компромисс – поработает полгода, пока найдут руководителя, и вернется к лечебной деятельности.
Главным врачом Соловьев проработал 30 лет!
Автору этих строк посчастливилось не только более 40 лет работать с Виктором Николаевичем, но и общаться с ним в личной жизни: мы были соседями по даче, вечерами за самоваром вели долгие беседы с его семьей и мечтали о медицине будущего. Нет, не подумайте, что это фигура речи. Доктор настолько был погружен в проблемы медицины, видел пути её развития и совершенствования, предсказывал появление современных точных и безошибочных аппаратов для диагностики, способов, методик и форм лечения. Тем сильнее было его разочарование процессами, которые происходили в медицине теперь. Я тогда удивлялась его необычной работоспособности. Он с утра до ночи сажал, поливал, рыхлил, пилил, прибивал, благоустраивал. Воду для полива носил в ведрах с пруда, ничто не останавливало – ни оводы, ни пиявки, только жара заставляла уйти под крышу. И в то же время не спускал глаз с занятий дочки – требовал, чтобы она готовилась к экзаменам, читала классическую литературу, контролировал знание правил. Не помню, чтобы её раздражал этот контроль. Она понимала: отец поставил цель, которую надо достичь. Его сын тоже не рос белоручкой: во время каникул работал разнорабочим на мебельной фабрике, был непременным помощником на даче. Помню, Валентина показала, как Сережа сделал электропроводку по всем помещениям дачного дома. Вполне квалифицированно, аккуратно.
Виктор Николаевич постоянно искал способы совершенствования медицинской помощи населению. Казенные слова, но за ними — разносторонний ежедневный труд. И, конечно, без слаженного коллектива не решить такой задачи. А в коллективе — люди разные, со своими непростыми характерами, со своими жизненными трудностями. Все врачи практически ежегодно учились, повышали квалификацию, получали современные знания, квалификационные категории. В свое время в стационаре медынской больницы получали лечение больные по специальностям: общая терапия, неврология, гастроэнтерология, гинекология, акушерство, хирургия, травматология, педиатрия, фтизиатрия, инфекционные болезни. Лечились больные из пяти районов области. Ежедневно проводились операции. Было организовано реанимационное отделение, успешно выхаживали тяжелых и сложных больных. Коллегиально решали трудные случаи диагностики и лечения. Конечно, одному главному врачу было не справиться с такими задачами. Долгие годы верным соратником, его правой рукой была заместитель по лечебной части Лидия Ивановна Журавлева. Оба они старались развивать дух коллективизма, товарищества, взаимного уважения и сотрудничества. Коллективом отмечали День медицинского работника, дни рождения, праздновали традиционные всенародные праздники. Организовывали профессиональные конкурсы для медицинских сестер. Раньше сотрудники больницы помогали сельскому хозяйству: по весне вскрывали картофельные бурты, зимой заготавливали елочные лапы, осенью помогали убирать и перебирать картошку, летом – сенокос, прополка свеклы. Соловьев был в первых рядах работающих, всех заражал азартом, подбадривал, организовывал.
Виктор Николаевич плечом к плечу с Лидией Ивановной очень много сделал для развития медынской больницы. И сегодня горько и обидно за упадок провинциальной медицины.
Когда начались процессы модернизации и оптимизации, главный врач воспринял это как личную трагедию. Стало сдавать здоровье, в беседах появилась безысходность. Простой обывательской логикой невозможно было объяснить людям, как это в больнице, в которой только что проведен дорогостоящий ремонт, в которой для пациентов созданы все условия, сокращают койки, закрывают отделения. Несколько лет назад отремонтировали детское отделение — открывали в присутствии губернатора, телевидения, а теперь тихо закрыли…
Пару лет назад ко Дню медработника я писала о нашей больнице, о коллегах. Пыталась взять интервью и у Виктора Николаевича. Отказался. Нечем, мол, хвастаться. Не смог отстоять больницу. Понятно, что все решения принимались не на уровне главного врача, но рубцы на сердце от этого появились у него.
Начиная писать статью, я спрашивала у сотрудников, что они могут сказать о нем. Как один, все ответили: «Только хорошее!»
Все бывшие и настоящие медицинские работники глубоко скорбят о смерти Виктора Николаевича Соловьева. С ним ушла часть нашей жизни.
Прости, Виктор Николаевич, что мы не смогли тебя спасти.
Ольга Сергеевна
Рябинина, врач