Они внесли свою лепту в Победу!
Они внесли свою лепту в Победу!

«Да разве об этом расскажешь,
В какие ты годы жила!
Какая безмерная тяжесть
На женские плечи легла!…
Один на один со слезами,
С несжатыми в поле хлебами
Ты встретила эту войну…
За все ты бралася без страха.
И как в поговорке какой,
Была ты и пряхой, и ткахой,
Умела – иглой и пилой.
Рубила, возила, копала —
Да разве всего перечтешь?…»
Нам всегда казалось, что поэт Михаил Исаковский написал эти строки со слов наших родных людей. Как будто это они — наша бабушка Татьяна Прохоровна Хренова 1905 года рождения, ее дочери Елена Дмитриевна Порутчикова 1925 года рождения, Нина Дмитриевна Чичерина 1928 года рождения, Ольга Дмитриевна Лукьянова 1931 года рождения, встретились с поэтом на родной Смоленщине и все, что они перенесли и пережили за эту войну, рассказали ему — своему земляку…
Наша бабушка Татьяна Прохоровна Хренова была не родной нашей маме и ее сестрам. За несколько лет до войны их родная мать умерла, оставив трех малолетних девочек. Отец женился на другой. Своих детей у Татьяны не было, а потому девочек она полюбила всем сердцем. Они отвечали ей взаимностью. Ее ценили все родственники мужа, уважали в деревне. Не было дела, которого бы она не знала: она умела прясть, шить (обшивала всю деревню), была грамотной, знала наизусть много стихов и сказок, хорошо читала, знала старославянский язык. К колхозным делам относилась как к своим, и поэтому ее и избрали в сельсовет.
Война застала их на родной Смоленщине. Когда немцы стали подходить к Смоленску, ей пришлось угонять вглубь страны колхозный скот, жечь поля неубранного хлеба, выводить красноармейцев, заблудившихся и попавших в окружение в смоленских лесах и болотах. В самом начале войны к бабушке привели еще двух детей – родных племянников ее мужа девочку Женю и сорванца Алешу. Их мать расстреляли немцы, а отец, как и все мужчины, был на войне. В оккупации бабушка и дети перенесли все тяготы и лишения: голод, холод, тиф, унижения.
Так наша бабушка с пятью детьми и стариками родителями прожили до начала 1943 года. Старших девочек от угона в Германию спас тиф – немцы, боясь заразиться, к землянкам не подходили. Второй раз Нина с подругой чудом вылезли из вагона. Отступая, немцы погнали перед собой всю деревню: детей, стариков, женщин, прикрываясь ими, как живым щитом. В Ермолинке тех, кто уцелел, немцы держали, как пленных, в заколоченных сараях. Когда наши войска стали освобождать деревню, немцы подожгли деревню и все бараки с людьми. Старики прикрывали детей, спастись удалось немногим.
Похоронив родителей, прося милостыню, пешком бабушка с детьми вернулась в родное Назарьево. Никто и ничто не ждал их на родной земле. Деревня сожжена полностью, заминированы поля и леса. Не найдя ничего, что напоминало бы о довоенной жизни, вырыли землянку. Вскоре пришла весточка из Медыни от родной тети девочек Анастасии Ивановны Потаповой с предложением перебраться к ней в Медынь, так как там уже налаживалась мирная жизнь. В письме было сказано: — «Дорогие мои, кто остался в живых от Хреновых, Тумановых, Воробьевых! Я с семьей живу в Медыни в маленьком домике, но есть коровка. Приезжайте, место, где спать всем найдется». Так бабушка с девочками Еленой, Ниной, Ольгой, Женей и Алешей оказалась в Медыни.
Бабушка с девочками стали трудиться в образованном в 1942 году медынском подсобном хозяйстве, в народе называемом «пригородным». Его задачей было обеспечить сельхозпродуктами (молоком, мясом, картофелем, овощами) армию, интернаты Медыни. Трудились на ферме, жалея коров, впрягались в плуги, распахивая землю. На лесозаготовках пилили и таскали бревна, строили бараки для жилья.
Медынь поднималась из руин. Стали давать землю под строительство жилья. И бабушка с подросшими девочками на улице Урицкой стали строить свой дом. На себе носили бревна, рыли котлован…
Наша мама, тетушки всегда с благодарностью вспоминали соседей: Ивана Васильевича Завьялова, дядю Федора Потапова, их жен — тетю Феню, бабу Шуру. Мужчины, демобилизованные по здоровью с фронта, помогали со строительством советом, делом, не считались со временем, ведь «на себя» трудились или рано утром, или поздно вечером, потому как днем все работали не покладая рук, приближая Победу.
Дом отстроили. Девочки подросли. Закончилась война! Бабушка продолжала ждать своего солдата — Дмитрия Андреевича Хренова, который пропал без вести и которого теперь уже продолжаем искать мы.
Мама, Елена Дмитриевна Хренова, в 1947 году вышла замуж за своего земляка Григория Ильича Порутчикова, который прошел войну от первого до последнего дня. Пошли дети, и теперь бабушка растила нас- пятерых девочек и троих мальчиков средней дочери, а родители работали с утра до ночи. Мама трудилась уже в общепите. По выходным и после работы работала она в медынском лесхозе, сажая елочки, заготавливая веники, семена, сено для лошадей — только для того, чтобы обеспечить покосом свою домашнюю корову. Мама награждена медалями «Мать героиня», «Ветеран труда», удостоена звания «Труженик тыла».
Наша тетушка, Нина Дмитриевна Чичерина, так и осталась работать на «пригородном» подсобном хозяйстве. Зимой валила лес, пилила лед, который служил вместо холодильника, пахала пашню, пока не появились трактора, косила сено. Работала так, что не каждый мужчина мог угнаться за ней. Вместе с тем родила трех сыновей, была жизнерадостная, веселая: плясала краковяк, «елецкого», пела частушки под гармошку своего мужа Михаила Александровича Чичерина, который еще ребенком был интернирован немцами, чудом оставшись в живых. Удостоена звания «Ветеран труда», «Труженик тыла».
Самая младшая наша тетушка, Ольга Дмитриевна Лукьянова, 1931 года рождения в военные годы работала наравне с взрослыми в подсобном хозяйстве: сажала и собирала овощи, сушила сено, доила коров. В начале 50-х годов закончила в Медыни семилетку, выучилась на киномеханика. Вышла замуж за «таракановского» паренька Анатолия Степановича Лукьянова -геодезиста по профессии, родив двоих детей и объездив вместе с ним почти половину страны. Проживает в Воронеже. Много лет проработала почтальоном, имеет звание «Ветеран труда». По возможности приезжала в Медынь, а сердце рвалось на Смоленщину. Всю свою любовь и боль воспоминаний она стала отражать в своих песнях. Одну из них мы поем сами и, будучи на Смоленщине в музее Михаила Исаковского, оставили, по просьбе сотрудников, текст песни в подарок музею:
«Ой, фашист, зачем ты сжег деревню, замутил янтарную воду.
Почему сады кругом засохли, ты, СМОЛЕНЩИНА родная, расскажи. Расскажи, сторонушка родимая, как фашисты мучили тебя
По ночам стояла ты на страже, злой фашист ногой топтал тебя…»
Да, наша бабушка, мама, тетушки — одни из миллионов тех женщин войны. Они не были на фронте, но они были на войне, на той страшной, чудовищной, изнуряющей войне. Мы всю жизнь считаем, что они своим трудом, недосыпая, не доедая, внесли свою лепту в нашу общую победу.
Михаил Исаковский, видимо, считал также, поэтому и посвятил такие глубокие стихи «Русской женщине»:
«…И ты перед всею страною,
И ты перед всею войною,
Сказалась – какая ты есть…»
Какая ты есть? Сильная духом, любящая, ответственная, честная, трудолюбивая, верящая, что все наладится, все изменится…
Мы гордимся своей бабушкой, своими родителями, тетушками, тем поколением, сумевшим выстоять в войне, поднять страну из разрухи, сохранить и вырастить детей, научить их трудиться, любить свой дом, свою малую родину — Медынь, Смоленщину. Мы преклоняемся перед ними и стараемся передать это своим детям и внукам.

Сестры Порутчиковы: Акимова Татьяна,
Латышева Нина, Воробьева Любовь,
Фролова Вера, Порутчикова Надежда, Тишина Тамара.